После бархатной революции 2018 года с точки зрения раскрытия уголовных дел об убийствах в армии и восстановления доверия общества ничего не изменилось, считают участники пресс-конференции в Ереване. В частности, обсуждалась деятельность созданной Следственным комитетом мониторинговой группы, организации-члены которой крайне недовольны ее деятельностью.
«За 2014-2019 годы в ВС было 349 жертв: 44 случая смерти зафиксировано в 2014 году, 57 — в 2015, 140 — в 2016, 56 — в 2017, 37 — в 2018 и 15 случаев — на положение 12 сентября 2019 года. Конечно, большие цифры для нашего маленького народа», — заявил начальник Управления по контролю главного следственного управления СК Перч Айвазян.
Слушать его речь, не перебивая, удавалось немногим, в том числе и среди приглашенных участников: они не выдерживали и пытались возразить.
Председатель общественной организации «Диалог мира» Эдгар Хачатрян заявил, что после смены власти тоже надеялся на раскрытие дел о смерти военнослужащих в небоевых условиях. Однако до сих пор неясно, почему в них нет никаких подвижек.
«Вы привели статистику, было бы интересно узнать, какие дела раскрыты из дел об убийствах и самоубийствах», — обратился он к представителю СК.
В качестве цели пресс-конференции была отмечена необходимость понять, что делать с системной точки зрения для раскрытия дел и восстановления доверия общества к следственным органам. Судя по реакции присутствующих, уровень доверия крайне низок. «На нуле», — сказал Рубен Мартиросян.
«Казалось, после бархатной революции все должно измениться, но не так уж просто изменить систему власти, которую годами удерживали силой», — в свою очередь, заявил адвокат Мушег Шушанян.
Тем не менее, можно констатировать: никаких положительных подвижек за прошедшие полтора года не произошло. Это, по словам адвоката, системная проблема: «Власть была узурпирована, а для ее сохранения режимы владели несколькими рычагами: основной компонент заключался в силе, репрессивной машине. Со временем значение этого насилия увеличивалось. В Вооруженных силах действовала модель отношений, унаследованная от Советского Союза, действовали неписаные правила не обижать приближенных, на многое закрывать глаза, чтобы изнутри эта система оставалась сильной и служила своей цели — бесперебойной работе репрессивной машины».
Мать погибшего в армии в 2010 году Валерия Мурадяна также считает, что система, следователи, судьи остались прежними, некоторые из них стали к тому же руководителями комиссии: «Революция нас сильно разочаровала. Когда говорят, что Следственный комитет работает прозрачно, это 100-процентная ложь. До сих пор ничего не сделано в рамках наших дел. Что было сделано после отмены закрытия дела? В прошлом оно уже дважды закрывалось, затем решение отменялось. Ладно, отменили, что дальше? Ничего не сделано. Теперь куда бы мы ни пошли, в какую бы дверь ни постучали, нам говорят, что по нашим делам создана комиссия».
Нана Мурадян почти 10 лет вместе с группой других родителей погибших в разные годы военнослужащих участвует в акциях перед всеми госучреждениями страны, требуя раскрыть дела об убийстве: «Фактически, в мониторинговой группе дела не рассматриваются». Нана Мурадян хочет, чтобы руководство страны как минимум по телефону узнавало, занимается ли группа делами их сыновей: «Мы отвечаем за все свои заявления, все сказанные нами слова, а руководство страны, следственные комитеты… Дела об убийстве детей просто гниют в сейфах, ничего не делается».
Bütün xəbərlər Facebook səhifəmizdə
.png)
USD
EUR
GBP
RUB