Армяне «почивали на лаврах», а Баку кропотливо готовился к возвращению Карабаха – СТАТЬЯ «ЖЕЛЕЗНОГО ГЕНЕРАЛА»

Сразу после освобождения оккупированных территорий Азербайджана с теплыми поздравлениями в честь Победы к азербайджанскому народу, к своим многочисленным азербайджанским друзьям обратился генерал-майор Владислав Сафонов. Речь идет о бывшем военном коменданте Района особого положения НКАО и прилегающих районов Азербайджана генерал-майоре ВВ МВД СССР/РФ Владиславе Николаевиче Сафонове, которого многие азербайджанцы в Шуше за глаза называли «Железный генерал». Должность военного коменданта Карабаха генерал Сафонов занимал с мая 1988-го по декабрь 1990 года.

Старшее и среднее поколения азербайджанцев, на глазах которых разворачивался первый этап инициированного армянами Карабахского конфликта (1988-1991 гг.), хорошо помнят легендарного генерала Сафонова. Человека, который в те годы был, пожалуй, самой могущественной фигурой в автономной области.

Его выгодно отличали от многочисленных эмиссаров союзного Центра такие редкие даже в те времена качества, как неподкупность, принципиальность и верность служебному долгу. Азербайджанцы в Карабахе уважали его за честность, армяне же и их покровители в тогдашнем руководстве СССР ненавидели, поскольку видели в нем реальную угрозу армянскому сепаратизму и экспансии. В Карабахе в лицо армянам, в Москве – руководству МВД СССР и ЦК он прямо говорил: «НКАО – это территория Азербайджана, это не подлежит никакому сомнению, и я там для того, чтобы не допустить кровопролития и силовой перекройки границ между республиками».

За голову генерала армянские боевики предлагали тогда огромные суммы. Однако в конце 90-го года, под нажимом огромного потока жалоб со стороны армян и армянского лобби в Москве, союзный Центр отозвал его из Карабаха. Но даже после того, как Сафонов покинул Карабах, армяне не перестали охотиться за ним. В апреле 1991 года в Ростове они совершили попытку покушения на генерала Сафонова, но ошиблись, и вместо него расстреляли полковника Блахотина.

Ниже представляем письмо и статью генерала В.Н. Сафонова, в которой он поделился ценными воспоминаниями и внес ясность в некоторые моменты, связанные с Карабахским конфликтом.

Уважаемые читатели!

В последнее время в Интернете появилось много воспоминаний о событиях в Нагорном Карабахе 30-летней давности. Пишут те, кто побывал там короткий промежуток времени. Услышанное от кого-то выдается за личное участие. Бог им судья!

Но беда в том, что они пытаются судить о людях, с которыми не работали, не знали их лично. Из случайных встреч, услышанных высказываний делают необъективные выводы. Очевидцы, к сожалению, уходят, а лже-воспоминания остаются вместе с приклеенными ярлыками.

Представляю свои воспоминания. Готов внимательно отнестись к замечаниям и учесть их в дальнейшей работе. Приношу извинения всем, о ком не упомянул или изложил кратко.

С 10 мая 1988 года, будучи в должности начальника штаба Управления Внутренних войск МВД СССР по Северному Кавказу и Закавказью, я возглавил комплексную группу по работе в Грозненском полку внутренних войск. 12 мая поступил приказ главнокомандующего ВВ МВД СССР генерал-полковника Ю.В. Шаталина «… с мотострелковым батальоном Грозненского полка вылететь в Кировабад (Гянджа – ред.), а оттуда на автотранспорте УВД Азербайджана прибыть в Степанакерт (Ханкенди – ред.), где возглавить оперативно-войсковую группу (ОВГ) для поддержания общественного порядка в НКАО. Замена через 3 месяца».

В состав ОВГ вошли: прибывший со мной мотострелковый батальон; дислоцированные в Ханкенди СМПМ ВВ и ГУВД; группа сотрудников МВД Азербайджана, возглавляемая 1-м заместителем министра генералом Кямилем Алиевичем Мамедовым.

В Степанакерте на площади около обкома Компартии круглосуточно стояла толпа от 3-х до 15-ти тысяч человек, подогреваемая выступлениями лидеров партийно-советского актива НКАО, Армении и оппозиции. Тема всех выступлений одна – присоединение НКАО к Армении, на общем фоне ненависти к Азербайджану.

По центральным улицам шли бесконечные демонстрации с привлечением молодежи, начиная от детей дошкольного возраста, несущих плакатики антиазербайджанской направленности.

На ежедневных совещаниях бюро обкома КП НКАО присутствовали: генерал В.Сафонов - военный комендант НКАО и прилегающих районов Азербайджана, полковник Е.Войко - председатель КГБ НКАО, В.Василенко - прокурор НКАО и члены бюро обкома. Постоянно рассматривался главный вопрос: «Когда наведете порядок в городе и уйдете из Карабаха?».

1-й секретарь обкома Г.Погосян при нас демонстративно по ВЧ звонил заместителю М.Горбачева А.Яковлеву: «Когда нас присоединят к Армении, больше терпеть не можем!», тот успокаивал: «Потерпите немного, вопрос скоро решится!».

Мы немедленно докладывали по команде, и через пару часов звонил заместитель М.Горбачева Е.Лигачев: «Конституцию изменять никто не будет, продолжайте выполнять отданное ранее указание!».

Подобная обстановка давления на войска и правоохранительные органы и нервозность существовали на всей территории НКАО. Выручало единство понимания поставленной задачи и согласованность в действиях при возникновении критических ситуаций. А они возникали постоянно. Собирались днем и ночью, часто на квартире полковника Е.Войко, а у него жена с грудным ребенком.

Через 1-2 месяца очистили площадь, прекратили демонстрации, заменили ряд руководителей УВД, КГБ и прокуратуры НКАО. Вместо вторично снятого начальника УВД Степанакерта, я попросил министра МВД СССР В.Бакатина назначить моего заместителя, возглавлявшего сводный отряд Приволжского Управления ВВ МВД СССР, полковника В.Ковалева.

Мой однокашник по Орджоникидзевскому военному училищу совместно с генералом К.Мамедовым налаживали работу в УВД города и районов.

На жизнь В.Ковалева неоднократно покушались армянские боевики. В 1990 году ему было присвоено звание генерала, а 20 ноября 1991 года он погиб. Боевиками был сбит вертолет над территорией села Гаракенд Ходжавендского района Карабаха. Вместе с ним погиб заменивший меня генерал-майор Н. Жинкин и еще 20 человек, руководящих работников Азербайджана и военнослужащих.

Руководство Азербайджана в 1988 году в события в Карабахе особенно не вмешивалось, надеялось, что все рассосется само собой. Их больше интересовало собственное существование в условиях разрастающегося движения НФА. Да и был «стрелочник» в лице генерала К.Мамедова.

Три месяца пролетели как один день, наконец, я дождался замены. Вернулся в Ростов, где лежала огромная стопа неподписанных документов, так как должность начальника штаба с меня никто не снимал.

Только успел разобраться, как поступило распоряжение срочно вернуться в Карабах. За время моего отсутствия был создан Комитет особого управления, руководителем которого был назначен А.И.Вольский. Он прибыл из Москвы с группой помощников. Полковник Е.Войко и прокурор В.Василенко «удружили», рекомендовав Аркадию Ивановичу вернуть меня на прежнюю должность коменданта, о чем он попросил министра МВД СССР В.Бакатина.

В течение 1,5 лет я возвращался в Ростов для продолжения службы в должности начальника штаба. Но при обострении обстановки в Карабахе меня отзывали, пока я не убедил В.Бакатина ввести должность зам. начальника ВВ МВД СССР по Северному Кавказу и Закавказью по ЧО. 20 июня 1989 года был подписан приказ министра МВД СССР о назначении меня комендантом НКАО и прилегающих районов Азербайджана с сохранением занимаемой должности заместителя начальника Управлении внутренних войск.

За время службы комендантом были встречи с партийно-советским активом, лидерами оппозиции, как местными, так и прибывающими из Армении и России. Неоднократно они пытались привлечь меня к участию в застольях по различным поводам, вручить «подарки». При отказе выполнения их просьб и требований переходили к угрозам, в том числе через Москву.

Сказки об историческом величии армян, вечном их притеснении перенес относительно спокойно, т.к. изучал историю из различных достоверных источников. Приобретенные знания и опыт пригодились при работе с личным составом войск и органов.

В январе 1990 года А.И.Вольского с помощниками сменила команда В.П.Поляничко. Но попасть в Ханкенди они не смогли, не пропускали демонстранты, перекрывшие аэропорт.

В декабре 1989 года я был заменен Ю.В. Шаталиным и убыл в Ростов. В январе 1990 года поступил приказ В. Бакатина срочно вернуться в Карабах. Из-за сильного тумана еле вылетел с военного аэродрома в Гянджу. Командир корабля, бывший афганец, взял на себя ответственность за полет в условиях плохой видимости. Аэропорт в Гяндже не освещался и был блокирован НФА. Используя ранее приобретенные связи, я был доставлен в Ханкенди. В городе руководила оппозиция, возобновились стихийные митинги, демонстрации, а вокруг агрессивно действовал НФА.

Через пару дней активного наведения общественного порядка в Ходжалинском аэропорту мы с полковником В.Ковалевым встречали В.Поляничко с командой. Это была наша первая встреча в Карабахе.

С прибытием Виктора Петровича изменилась форма работы. Если А.И.Вольский, в основном, работал с партийно-советскими органами НКАО, народными депутатами от Карабаха и оппозицией, за что был избран депутатом Верховного Совета СССР от НКАО, то В.П.Поляничко с членами команды, главным образом, занимались налаживанием контактов между армянами и азербайджанцами, проживающими в НКАО, организовывали встречи старейшин, представителей смешанных браков и бесконечные приемы граждан по различным вопросам.

Часто вылетали в удаленные азербайджанские селения, где видели отсутствие элементарных условий существования. Принимались экстренные меры. Для объективной оценки обстановки я пытался забросить туда приезжавших из Москвы, Баку и членов армянской оппозиции, но безрезультатно.

Одновременно разблокировали проезды в Кельбаджарский район, перекрываемый армянскими боевиками.

В одной из публикаций о В.Поляничко сказано, что он организовывал массовые депортации армян из ряда населенных пунктов районов, прилегающих к НКАО. Есть официальное заключение правоохранительных органов, что этот факт не подтвердился.

По каждому случаю выезда армянской семьи из района постоянного проживания комендатурой совместно с прокуратурой проводилось расследование и принимались срочные меры. Народные депутаты Верховного Совета СССР от Карабаха постоянно писали в МВД СССР жалобы по любому незначительному вопросу, который можно было решить на месте.

Во время пребывания в должности коменданта (с 12 мая 1988 г. по 10 декабря 1990 г.) я неоднократно отчитывался по жалобам депутатов Роберта Кочаряна, Зория Балаяна и др. оппозиционеров на коллегиях МВД СССР и Военном совете Внутренних войск.

Почему-то в критических публикациях о Поляничко не указывается, что при нем в течение двух лет (до 10.12.1990 года) не было допущено межнациональных столкновений, кровопролития, и все это на фоне пассивности центральных органов Советского Союза.

Рекомендую прочитать мое выступление на 28 съезде КПСС и статью полковника В.Гавриленко в газете «Красная Звезда» от 20.08.1990 г. «Два года непокоя».

В другой публикации в адрес В. Поляничко прозвучало обвинение в неискренности и чуть ли не в предательстве интересов Азербайджана, основываясь на том, что кто-то из азербайджанцев в его команде слышал, что он армянам сказал одно, а азербайджанцам - другое. Не мешало бы напомнить разницу между словом и делом в зависимости от обстановки, места и времени.

В.Поляничко в сложной межнациональной обстановке инициировал и лично возглавил проведение республиканских мероприятий в Ханкенди. Съезжались представители со всех районов Азербайджана, плакали, целовали землю. Трогательное зрелище, люди поверили, что смогут вернуться в Карабах.

Встречи с женщинами Азербайджана, сердечными и заботливыми З.Т.Салаховой, М.Ф.Меликовой, З.Вердиевой и другими запомнились не только офицерам, но и солдатам, вспоминающим матерей и домашний очаг. В районы непосредственного соприкосновения с экстремистами отважные, порой до безрассудства, женщины привозили подарки, излучая домашнее тепло.

Для команды В.Поляничко, меня, К.Мамедова и Е.Войко каждое такое мероприятие - это бессонные ночи: встречи, проведение, проводы. Обеспечение безопасности и создание обстановки уверенности и надежности пребывания каждого представителя Азербайджана.

Нужно подчеркнуть, что, говоря о многочисленных формированиях армянских экстремистов, боевиков, мы ни в коей мере не отождествляли их со всем армянским народом.

15 января 1990 года был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об объявлении Чрезвычайного положения в НКАО и некоторых других районах». Самое активное участие в его подготовке и принятии принадлежит В.П.Поляничко.

Был и такой случай, когда один мой большой начальник, неожиданно попав на встречу с жителями азербайджанских селений, много им наобещал. Но когда улетал, перед посадкой в вертолет строго предупредил меня, чтобы не вздумал выполнять данные им обещания.

Но помню и силу Слова. Прошло более 30 лет, а оно незабываемо до сих пор. На 28 съезде КПСС единственный из всех президентов союзных республик Аяз Ниязович Муталибов с трибуны съезда, в присутствии всех членов Политбюро КПСС, предложил М.С.Горбачеву оставить занимаемую должность Генсека ЦК КПСС. В то время, когда многие шептались по углам, это был поступок, достойный уважения. Мои обиды за его пассивную деятельность в Карабахском вопросе тогда несколько поутихли.

В. Поляничко, как 2-й секретарь ЦК Азербайджана, получил от Горбачева взыскание за выступление Муталибова. Отнесся он к этому со свойственной ему иронией: «Ну что, Владислав, тебя Шаталин дерет, а меня - Горбачев».

Поляничко был жестким, волевым руководителем, закалившимся в Афганистане и работой 1-м секретарем Оренбургского обкома КПСС. Умел заставить подчиненных работать и не щадил ни себя, ни членов своей команды. Чем больше он работал по примирению народов, тем активнее армянские террористы совершали на него покушения. Это еще раз подтверждает результативность его работы в интересах народов Азербайджана и Армении.

Не выполнить просьбу, распоряжение Поляничко было хуже, чем попасть под пулю боевика. Порой, пошатываясь от усталости, с не выспавшимися глазами трудились ребята на удивление приезжим из Москвы.

Нагорный Карабах для наших зарубежных противников стал полигоном по развалу Советского Союза. А в борьбе властей с оппозицией, как в Армении, так и в Азербайджане, народ стал разменной монетой.

А в 1988-1990 гг. этот сложнейший вопрос пытались решить силами сводных отрядов учебных заведений, ГУВД, частей ВВ МВД СССР и несколькими войсковыми частями Советской Армии. Однако, при отсутствии политического решения, не было достигнуто единства в оценке событий и поступков в государственных органах и, соответственно, в войсках.

При частой смене личного состава в районах выполнения служебно-боевых задач командование, политработники не успевали вести результативную разъяснительную работу. Некоторые офицеры войск и центрального аппарата МВД, поддавшись влиянию активистов общества «Карабах», становились «подпольщиками». Вместо честного и добросовестного выполнения задач, передавали служебную информацию, дезинформировали вновь прибывших сотрудников, не успевших вникнуть в сложившиеся межнациональные отношения. В неокрепших молодых головах начиналась путаница понятий – гражданский и воинский долг, совесть, честь, присяга, уставы, приказы – все перемешалось.

Советский Союз распался, войска вывели. Создали «нкр». Была захвачена чужая территория, изгнаны сотни тысяч азербайджанцев, трагедия Ходжалы и другие зверства, тысячи погибших. Пиррова победа!

По высказываниям армянских идеологов, оккупация не считается таковой, если она осуществляется на «священных исторических землях», а судьба миллиона беженцев преподносится, как стечение обстоятельств.

28 лет пролетели для Армении и НКАО, как «почивание на лаврах», а для Азербайджана - тяжелый, ежедневный труд по возрождению страны, кропотливой подготовке вооруженных сил и всего государства. Итогом стали результаты 44-дневной Второй Карабахской войны в сентябре-ноябре 2020 года.

«Ожесточенные сражения в Нагорном Карабахе с 27 сентября по 10 ноября 2020 года стали одним из самых масштабных военных столкновений на постсоветском пространстве по понесенным сторонами потерям (порядка 10 тысяч убитых, включая гражданских лиц, за 44 дня боев) …

Это была очередная война противников с принципиально разным уровнем технического развития... Армяне технически и тактически оставались в 70-80-х годах ХХ столетия с танками без динамической защиты и без беспилотной авиации. Азербайджанцы превосходили их на поколение-два… В итоге армяне проиграли, прежде всего, стратегически уже на начальном этапе войны». («Эксперт» №48 (1186) от 23.11.2020).

Невольно напрашивается вопрос, а кто будет отвечать за разжигание в 1990-ые годы межнациональной розни, боевых действий, кровопролития, страдания сотен тысяч беженцев, выброшенных из районов векового проживания? Будут ли отвечать бывшие члены карабахской оппозиции, идеализирующей облик армянского военного, стоящего на рубежах «древнейшей цивилизации»? Да и постаревшие бывшие «подпольщики», надеюсь, сделали определенные выводы.

Необходимо, как можно быстрее завершить решение этого вопроса, лучше всего переговорным путем. Возобновление войны – смерти подобно не только жителям Карабаха, но и их подстрекателям.

Во взаимодействии с миротворцами, все армянские военизированные подразделения должны быть немедленно разоружены и убраны с территории Нагорного Карабаха.

Не следует дожидаться от них провокационных действий, разрастания за счет спровоцированного местного населения, устройства схронов оружия, боеприпасов и укрытий для возможного развертывания разведывательно-диверсионной деятельности.

Президент России В.Путин на пресс-конференции 17.12.2020 г. заявил, что территория Нагорного Карабаха, с позиции международного права, является частью Азербайджана. Веками жили народы Кавказа вместе, находили общий язык в мире и согласии.

И хотя сильны взаимные обиды, с трудом забываются случаи попрания человеческих прав и достоинств, но другой альтернативы выходу из сложившейся обстановки, кроме примирения, нет. Шагнуть навстречу друг другу должны сами народы.

Bütün xəbərlər Facebook səhifəmizdə

loading...